Но верится с трудом

Алексей Сальников. Опосредованно. — М.: АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2019.

«Опосредованно» — первый роман Алексея Сальникова, написанный после прогремевших «Петровых». И в этом случае трудно избежать сопоставления. Многие уже назвали его неудачным, обрисовав в штрихах слабые места. Но проблема романа, возможно, находится немного глубже.

Говорить о замысле в целом почти нечего, единственная метафора, идущая сквозной нитью через весь роман, — стихи как наркотик. В этом есть много правды: и в том, что поэзия по воздействию может напоминать наркотики, влияя на чувства, ощущения и как бы преображая их (только в плохом ли смысле?), и в том, что поэзия становится делом нелегальным. Не все могут понять и разделить любовь к стихам. Об этом и правда как-то не принято говорить. Эта интимность, представление о том, что чтение стихов — дело личное и запретное, притягивает внимание. А когда узнаешь, что оно может быть запрещено на законодательном уровне, интерес возрастает.

Возникает в таком случае законный вопрос: что является поэзией и какие стихи находятся под запретом? Сальников делит поэзию на две категории: литру и настоящие стихи. Деление это довольно произвольно, потому что теми, кто производит литру, становятся, например, Блок и Мандельштам. Критерии остаются размытыми, Сальников мистифицирует некоторые известные факты о писателях, как бы деконструируя их биографию и отдаляя, таким образом, читателя от реальности.

В самом романе встречаются некоторые намеки на отличия литры от настоящих стихов: на это может указывать то, что Лена пишет свои стишки разумом. Она слышит созвучия и ведётся на них, но её стихи не рождаются из гула, например, как это описывали Маяковский или Мандельштам. В ней есть способности. Опять же это можно понять только через внешние описания: например, Михаил, видимо, умирает, прочитав один из её мощных стишков. Но обстоятельства смерти остаются загадочными, а героиня не ощущает вины за то, что сделала. Она равнодушна ко всему, и это, наверное, один из главных промахов в построении её образа. Способность писать она воспринимает как игру. Ей нравится эта игра, она ею увлекается, но всерьёз её ничего не трогает.

Гораздо интереснее другой факт: от того языка Сальникова, по которому его можно было легко опознать в «Петровых», практически не остаётся следа. Он еле улавливается, с трудом слышится и теряется среди нагромождения эпизодов. Тот язык, который можно было ругать или хвалить, съедается большими кусками прозы, где Сальников просто излагает сюжет. Возможно, это происходит из-за того, что ему было важно охватить всю жизнь героини, показать её изменения: от девочки, которая восхищалась поэзией и тонко её чувствовала, до женщины, практически утратившей эту способность.

Язык — не инструмент, он находится дальше сюжета, дальше любых соответствий с реальностью. С помощью языка можно срастить любые куски прозы, но вопрос в том, что к шее невозможно приставить, например, ногу. А кажется, что Сальников занимается именно этим. Ему не удается соединить две стороны жизни Лены — они существуют параллельно, едва соприкасаясь.

Странно думать, что музыка получается из гармонической теории: она появляется из звука, и звук — выше любой теории. Так же язык, слова, которые образуют ткань текста. Пересказом эта ткань разрушается. И этот роман — прямое тому доказательство. Многослойность эпизодов и мыслей здесь подводит к хаосу, они не создают прозаический стихотворный размер, хотя формой и композицией можно было бы достичь и этого. Мир размыкается, в нём нет целостности и законченности. Сальников путается во всех этих скрепах, невидимых читателю, поэтому ему не удаётся удержать напряжение ни прямотой драматических столкновений, ни собственным языком.

Удивительно, но «Опосредованно» воспринимается как реалистический роман, несмотря на наличие фантастического элемента. Наверное, кайф от поэзии описывать так же сложно, как секс или похороны, потому что легко скатиться в пошлость и банальность. Мир, который создаёт автор, слишком приближен к реальному, лишён притягательного безумия «Петровых». Герои, которые, по идее, должны были бы чувствовать что-то возвышенное, иногда в плохом смысле этого слова, жить совсем иной жизнью, настолько похожи на обычных людей, что тайная их жизнь кажется иллюзорной. Сальников как будто бросил своих героев, не продумав их до конца, не вжившись в них.

Он отказывается от использования приёмов психологизма. Трудно понять, как на самом деле думает и чувствует героиня. В «Петровых» был психологически мощный эпизод, когда Петрова, помутившись разумом из-за высокой температуры, хотела убить мужа своей коллеги. Он был мощным, потому что Сальникову удалось залезть в голову героини. И этому трудно не поверить. Дальнейший эпизод с другом Петрова, который решил покончить с собой, был написан скорее пунктирно, карикатурно и воспринимался более иронично. Сейчас трудно поверить, что человек может всерьёз думать, будто после смерти его писанина будет кому-то нужна. Новый роман полностью написан как эта глава. Местами карикатурно, поверхностно и непродуманно.

Скорее всего, после прочтения в голове останется только идея этого романа. Идея, которой, правда, можно позавидовать и которую даже хочется украсть, — настолько она хороша. Останутся сюжетные перипетии — потому что текст предназначен для этого. Но о чём он? О попытке соединить две жизни в одну, смешать обыденное и возвышенное, легальное и запретное? Героиня, в целом склонная к размышлениям (опять же они написаны условно), ни разу не размышляет об этом. Петрова, собираясь на убийство, знала свои особенности, но не очень осознавала генезис своего полубезумного состояния и возможные последствия своих действий. Она жила в мире, где не будет наказания. В этом смысле героини похожи. Возможное наказание и животный страх того, что она может быть поймана с поличным, не встречаются на страницах романа. За неё страдают другие: кто-то сидит в тюрьме, кого-то — избивают, но это всё где-то так далеко, что этому трудно верить. Ощущением безнаказанности смазывается линия с запретом стишков, безусловно, важная для понимания романа.

Вопросов после прочтения остаётся много. Вопросов, касающихся именно текста, а не бытия вообще. Героиня не пытается понять, почему именно ей удаются стихи, почему она пишет. Об этом говорится вскользь, мимоходом, поэтому с трудом верится. Её внутренний мир закрыт для читателя. Подчёркивая обычность Лены, Сальников добивается того, что она остаётся человеком, но не тем, кто может писать мощные стишки, пусть только в качестве наркотиков на продажу.

Скрыт от читателя и мир тех, кто занимается продажей нелегальных стишков. Он настолько же схематичен и приблизителен, насколько приблизительны все те, кто к нему относятся. Сальников пытается построить его по подобию мира наркотиков. Но так этот мир может представлять себе тот, кто никогда в жизни с ним не сталкивался. Стихи — не наркотики и существуют по иным законам, однако эти законы остаются непрописанными. Вредные привычки всегда несут в себе болезненность, патологию, стремление к смерти или распаду. Но может ли сила поэтического слова толкать человека на такого рода путь?

Алина Карпова

Комментарии на Фейсбуке

Источник: https://www.facebook.com/edinoroga/posts/2459409584110385?hc_location=ufi

Екатерина Симонова

20 августа в 12:36 ·

Давно искала повод побухтеть и наконец нашла.

Жизнь принесла этот повод в качестве рецензии Алины Карповой (к сожалению, не знаю автора) на сальниковский «Опосредованно», напечатанный в журнале «Знамя», № 8, 2019 (спасибо журналу «Знамя» за возможность побухтеть, поскольку именно для этого рецензии и пишутся – ну или повосторгаться ими, как я наконец поняла за последние полгода)).

Просто тупо пара цитат:

«Тот язык, который можно было ругать или хвалить, съедается большими кусками прозы, где Сальников просто излагает сюжет. Возможно, это происходит из-за того, что ему было важно охватить всю жизнь героини, показать её изменения: от девочки, которая восхищалась поэзией и тонко её чувствовала, до женщины, практически утратившей эту способность».

«Герои, которые, по идее, должны были бы чувствовать что-то возвышенное, иногда в плохом смысле этого слова, жить совсем иной жизнью, настолько похожи на обычных людей, что тайная их жизнь кажется иллюзорной».

«Героиня не пытается понять, почему именно ей удаются стихи, почему она пишет. Об этом говорится вскользь, мимоходом, поэтому с трудом верится. Её внутренний мир закрыт для читателя».

Далее будут вопросы. Мои. Сразу к куче критиков, которые про роман написали и тоже недоумевают. А я читаю эти статьи и тоже недоумеваю:

1. Почему уже 100 (ну, не сто, но очень много) человек дружно переживают, что как-то не совпадают бытовая линия и поэтическая в романе? Мне-то казалось, что тут все, как в жизни: солишь огурцы, ругаешься со второй половиной, едешь к маме, ну и где-то там в башке стишок гоняешь. Иногда ты его записываешь, иногда бытовуха, слава богу, заедает, и в мире не появляется на один стихотворный и никому не нужный кошмар больше.

2. С чего все решили, что Лена перестала поэзию чувствовать и ваще чот слишком убивается по быту? Мне-то казалось, что она наконец поймала личный поэтический дзен. И стала наконец лучшим из возможных вариантов поэта: живет в реальном мире, но при этом может писать, не убиваясь по письму, точнее, по образу поэта.

3. А зачем героине вообще понимать, почему и зачем она пишет? Мне интересно, вы, дорогие френды, риали так делаете в жизни? Прям чтоб свеча горела на столе, а взор вперялся в бревенчатую стену напротив, как у Михайлы Васильича Ломоносова в известном советском фильме (где такая музыка и такие взгляды главного героя в пустоту, что сразу ловишься на этот вечный бред, что одаренный человек – это не человек, что-то совсем иное, полубог и высший разум)?

А вообще… Наконец в русской литературе есть роман о поэтах и поэзии без пафоса. Не об этих страстных перипетиях судьбы, которые, по мнению многих (в том числе пишущих) должны активно присутствовать в судьбе поэта, а о нормальной жизни поэта – без понтов, без надрыва, просто жизнь, как она есть. Роман о нестоличном (что очень важно, кстати) человеке, который не стал полусумасшедшим маргиналом, а выкарабкался, не потеряв себя и свой талант. Вот она, реальность – жить обычной жизнью, любить, ворчать, ныть, беспокоиться о близких, варить суп и жарить котлеты, не считать себя высшим существом, измученным низким бытом и тем, что все вокруг должны оценить, какую тяжелую повседневную ношу тащит на себе Великий Пейсатель, садить что-то в огороде, не слишком много трындеть пустых ежедневных разговоров о литературе и своем в ней месте, покупать новые сапоги на зиму себе и всем домашним, смотреть кино, опять готовить – пироги, салат и плюшки, ну и чот иногда гонять в башке и записывать, причем параллельно со всем вышеперечисленным. Или эта правда не слишком красива?

И это я пишу не потому, что мы Лешу любим и чтим (хотя мы его риали любим и чтим), а просто я правда не понимаю. Наконец-то есть роман о поэзии, который читаешь и во все это веришь, но нет – ну неужели те, кто написал, что не понимает, что там и как устроено, в «Опосредованно», закрывая ноутбук, не идут жить нормальной жизнью – мыть посуду, чистить ботинки, пилить ребенка за плохие оценки (или писать про него восторженный постик в фейсбуке), не храпят по ночам, не ругаются с мужьями и женами и не забывают купить долбаный хлеб по пути домой?

Пы.Сы. Вопросов, конечно, у меня гораздо больше, но я, как всегда, быстро утомилась их задавать в никуда)))

Комментарии

Геннадий Каневский да просто некоторые критики склонны считать, что фича – это баг)

Наталия Санникова В смысле, критики пеняют автору на невозвышенную героиню?

Наталия Санникова Я энтих критиков не читала, кроме отзывов Юзефович (не вполне поняла, в чем ее пуант – скучно написано?) и Долина (ему понравилось), но чего им не хватило? Экшна?

Екатерина Симонова ну не понимают они, как уживаются в романе линия поэзии и линия бытовухи. тип не могут они сойтись, как лед и пламень. ну и вообще: какие могут быть стихи у бабы за сорок, если она ток, как курица, бегает за детьми, толкошится по хозяйству и тупо радуется мужу – причем все это с удовольствием и без поэтических манифестов и страстей, как в Серебряном веке. Ни женщин не рвется освобождать от кухни, чтобы они дружно ваяли каждая, что хочет, ни ведет долгих разговор на ночных кухнях (точнее, слушает по молодости, но потом как-то это уходит. Ну как это без манифестов умных слов и кухонь?!).

Анна Логинова Екатерина Симонова я человек прямой, как штырь, и никак не могу понять, почему днем на кухне нельзя готовить, а ночью — трепаться да хоть про маню и её фесты? Не для того ли мы делаем кухни уютными?

Наталия Санникова Екатерина Симонова ну… с натуры ж писано, не? Мы разве все не такие?

Анна Логинова Наталия Санникова ну вот как-то да.

Анна Голубкова Если с натуры, почему герой не мужчина? : ))

Екатерина Симонова Анна Логинова Аня, я тебе как патриархалка кухонная скажу: ночью спать нужно. Ну, я к примеру, ломаюсь. И если б у меня на кухне постоянно заседал кто-то – я б сломалась. ВСех вышарила б к чертовой матери. Особенно если дети. Это в молодости по прикол…Ещё

Екатерина Симонова Анна Голубкова тут все норм. На Урале много женщин-поэтов. И все мы всегда хорошо вели хозяйство, не стыдясь бытовухи и не считая ее зазорной помехой искусству.

Анна Голубкова Екатерина Симонова Не, ну все-таки. почему нам в очередной раз мужчина рассказывает о том, как живет и о чем думает и чувствует женщина?

Анна Логинова Екатерина Симонова ну так я и по молодости хреново переносила посиделки до утра, ну, такой организм. Я про то, что почему одно отменяет другое (и заманало, чесгря, про это нанадцатый раз читать).

Инна Домрачева Анна Голубкова это хороший, правильный мужчина) Он в детстве крикливых тёток у Крапивина жалел)

Екатерина Симонова Анна Голубкова кого угодно, а Лешу трогаем. Леша – наше общее святое. И Леша хороший. И Леша тут прав (я такое редко говорю, так что….)

Наталия Санникова Анна Голубкова что видит, то и рассказывает. (Ужасно смешной вопрос, но я никак не могу придумать, что бы такое пошутить))

Екатерина Симонова Наталия Санникова мало кто умеет рассказывать, кстати, то, что видит.

Наталия Санникова Екатерина Симонова вот я тот человек, который всю жизнь хочет научиться делать именно это. Отчего и восхищаюсь.

Наталия Санникова Екатерина Симонова а вообще, назовите мне что-то о природе творчества, написанное с такой же фантастической достоверностью, бесстрашием и любовью. Да хотя бы без экивоков! Ведь не назовут.

Екатерина Симонова Наталия Санникова вот именно. Я вот никак и понять не могу: почему критики не видят этой достоверности? Это же уникальный роман, без шуток. Я это читала как про свою жись. И все эти размышления о литературе – господи, наконец об этом кто-то написал по-человечески и человеческим языком.

Наталия Санникова Екатерина Симонова именно. Уникальный. Он написан из такой нежной созерцательной оптики, однако же он все там сдал – и невозможность соскочить с этого кайфа, и карикатурность любой позы (к слову, самые карикатурные персонажи романа – мужчины, как это можно не заметить! ), и наполненность жизни всеми ее деталями при общей неразборности этой конструкции. Лена – это практически уральский Стоунер))

Юлия Подлубнова Анна Голубкова, потому что а) у Леши жена Лена – поэт, б) Леша еще со времен Тагила живет среди женщин-поэтов и всех очень любит, в) у Леши никогда никакого мужского шовинизма не наблюдалось, от слова вообще, он даже как-то говорил, что в нем самом много женского (при всей его брутальной внешности).

Екатерина Симонова Наталия Санникова это, кстати, роман о победившем литературном здоровом феминизме)))

Наталия Санникова Екатерина Симонова а я о чем!

Наталия Санникова Юлия Подлубнова так ежели схематизировать, то все мужчины в романе комические тем или иным способом, а женщины – сама жизнь и красота. У нового Тарантины та же ерунда, кстати)

Юлия Подлубнова Да ну его, Тарантину, Леша круче – он среди нас

Наталия Санникова Юлия Подлубнова 🙂

Наталия Санникова Юлия Подлубнова посмотрела?

Юлия Подлубнова неа, некогда пока

Наталия Санникова Юлия Подлубнова а! Тебе понравится!

Екатерина Симонова за что я люблю свои коммы? конечно, за флуд комментаторов))) (это было любя)))) может, анекдот расскажете али рецепт какой посоветуете?))))

Анна Голубкова Мне кажется, эту книгу следует внимательно прочитать Elena Georgievskaya и оценить на верность изображения : ))

Наталия Санникова Екатерина Симонова рецепт не могу( а кино мы вчера смотрели большой компанией, ночной сеанс, vip-зал, кресла-трансформеры и официанты с едой и бухлом. Ржали очень. Вышли счастливые. Рекомендую.

Екатерина Симонова Наталия Санникова официанты с едой и бухлом? вот об этом прошу поподробнее

Наталия Санникова Екатерина Симонова ну, меню на входе. Девушка берет заказы, приносит прямо в зал. Любое спиртное, еду не прочла. Кресло превращаешь в кровать, у кажого есть столик. Идет кино, ты лежишь, ешь, пьешь, веселишься.

Наталия Санникова Анна Голубкова а действительно. Она же Лена))

Екатерина Симонова Наталия Санникова это какое-то волшебное будущее, которое невовремя наступило почему-то в челябинске вместо Ебурга

Екатерина Симонова Анна Голубкова главная героиня, кстати, высказалась чуть ниже в комментах)))))))))

Наталия Санникова Екатерина Симонова у вас не может не быть. Просто вы предпочитаете этот vip-зал на диване разворачивать. А там – тот же диван, только экран побольше)

Елена Георгиевская Екатерина Симонова в тех сталинках СК, где я жил периодически, слышимость лучше, чем в моей угличской хрущёвке, и где там теряться, я хз.

Елена Георгиевская Anna Golubkova я не могу это дочитать, дико скучно, стиль кажется унылым. Сальников, кмк, переоценён, и я не уверен, что готов домучивать его за спасибо.
Насчёт достоверности — а точно ли я могу оценить достоверность изображения детной цис-женщины, живущей в семье с типичным патриархальным раскладом? Не будет ли это с моей стороны квирсплейнингом? Я не живу не то что как подобная женщина, я вообще не живу как цивил.

Елена Георгиевская То есть я понимаю, как живут в таких условиях непоэтессы, но как сочетать стихи, выходящие за рамки типичного дилетантского блаблабла, с мегатонной бытовухи, не представляю: я бы повесился.

Deenara Rasulewa Elena Georgievskaya так же, как сочетать мегатонну бытовухи с чем угодно другим

Анна Лукашенок со мной случилось странное. Во время предложения “Наконец в русской литературе есть роман о поэтах и поэзии без пафоса.” мой мозг автоматом подставил вместо “пафоса” – “фаллоса” (уберите Фрейда подальше)

Екатерина Симонова слушай. и это тоже. как это поэт – не мужик или хотя бы не нервная женщина с тонким профилем и вечно бунтующим лоном?

Алексей Лукьянов сразу подумал – “без бэ”

Наталия Санникова Анна Лукашенок поскольку тут начали беспардонно поощрять флуд: каждый раз, открывая этот пост, выхватываю первую строчку. И она каждый раз прочитывается “давно искала повод похудеть”

Алексей Лукьянов Наталия Санникова а я прочитал – побухать

Наталия Санникова Алексей Лукьянов братан!

Алексей Лукьянов самое смешное – я абсолютный трезвенник

Наталия Санникова Алексей Лукьянов а у Лукашенок наверняка нет фаллоса

Алексей Лукьянов ну, хоть какой-нибудь может быть, чё сразу-то людям отказывать? промышленность в этом аксепте далеко вперёд шагнула

Екатерина Симонова Аня, не читай и не слушай этих развратников и похабниц!

Алексей Лукьянов Екатерина Симонова как будто это что-то плохое

Екатерина Симонова Алексей Лукьянов ну должен же хоть кто-то среди вас, охальников, быть ханжой и тётей строгих правил!

Артём Носков понаехал феминизьм

Анна Логинова А, и да, что за роман?

Екатерина Симонова “Опосредованно”))))

Инна Домрачева Была зла и это… неизящна. Непоэтична. Энтшульдигэн Зи битте.

Екатерина Симонова Изящными должны быть, Инна, фарфоровые статуэтки времен маркизы де Помпадур))) а нам – само то)

Наталия Санникова Инна Домрачева эндшульдиген! (Вспомнила слово из пятого класса)) трудно быть поэтичной в такую погоду )

Инна Домрачева Наталия Санникова ох, да. И кофе для сна, блин( Чтобы не остановиться во время этого сна(

Наталия Санникова Инна Домрачева да ваще. Аж лапы гудят, по смартфону не попадают((

Алексей Лукьянов дарф ишь херайн?

Андрей Торопов позорище

Екатерина Симонова надеюсь, это не про мой пост)))

Андрей Торопов разумеется, нет)

Юлия Рахаева Хороший роман. Даже лучше Петровых.

Наталия Санникова Юлия Рахаева без сомнения!

Екатерина Симонова вот да! он просто совершенно не такой, как Петровы. А все почему-то хотят, чтобы роман № 3 был в том же ключе, как и роман № 2. Ожидания людей от чужой работы – это, мне кажется, самая ужасная и вредная вещь для автора.

Елена Сальникова Я часто писала стихи, делая уборку, Варя) мелкому кашу, покупая шмотки и продукты, гуляя с собакой и с ребёнком, пиша) курсовую. Стихи это фон, крутятся в голове и все. Просто, людям не пишущим этого не понять.

Екатерина Симонова воооооот! КОГДА ЛЕНА ЭТО ГОВОРИТ САМА, НУЖНО ЭТО СЛУШАТЬ! ибо героини так редко говорят сами))))))))

Евгений Ивачевский Вот я, например, как Лена. Мне тут недавно, после развиртуализации, практически претензию предъявили, мол, нисколечко я не похож на свои стихи. Не мог я их написать.

Екатерина Симонова аааааааааааааа))) я так понимаю, Лена – это собирательный образ современного уральского поэта до 45+.

Евгений Ивачевский похоже на то

Екатерина Симонова Евгений Ивачевский кстати, почему не похож? слишком непоэтично выглядишь? умеешь варить борщ, хотя по тебе так и не скажешь?

Евгений Ивачевский Екатерина Симонова скучный очень, не космический

Екатерина Симонова Женя, не верь им! ЖЕНЯ, ТЫ КОСМОС!

Наталия Санникова Екатерина Симонова эй! Минуточку! А я? А меня?

Екатерина Симонова Наталия Санникова а чо, тебе кто-то посмел сказать, шо ты не космос?

Наталия Санникова Екатерина Симонова я счас за арифметику

Екатерина Симонова Наталия Санникова счас я хотела закатить глаза и с тихой тоской процедить в потолок сквозь зубы:”Бабы!” Но потом, слава богам, вовремя вспомнила, что это нефеминистично.

Наталия Санникова Екатерина Симонова та-ак. Я не понял.

Екатерина Симонова Наталия Санникова (ну я ж вовремя вспомнила, чо ты!)

Екатерина Симонова Наталия Санникова дорогая, да все на Урале – КОСМОС! (мне, как поэтке в возрасте, пора, как любому уважающему себя провинциальному поэту за сорок, наконец начать очерчивать границы своей малой поэтической родины, за которой никакой жизни нет))))))

Екатерина Симонова Наталия Санникова а если без шуток, то… блин, о чем разговоры! Канеш, ты космос.

Наталия Санникова Да ешкин кот. Какой космос. У тебя что сказано? Образ уральского поэта до 45+. А я что, не образ? В смысле, это про меня роман, народ!

Екатерина Симонова Наталия Санникова да без б. это роман про всех нас. Кроме тех, кто не считает себя Леной (а таковым – позор!)

Наталия Санникова Екатерина Симонова стыд и срам, я бы сказала.
И я пока обедала, придумала еще: Лена – мадам Бовари Сальникова!))

Людмила Казарян Захотелось прочесть роман. Спасибо!

Геннадий Каневский Людмила Казарян довной порой!

Людмила Казарян Геннадий Каневский едодой…

Danila Davydov правильно всё говоришь, Катя!

Екатерина Симонова Danila Davydov я предовольно лайкаю твой коммент, жалея только о том, что не могу сделать это трижды)

Марина Гарбер Как раз вчера с дочкой обсуждали эту цитату из Уайльда (мысли Лорда Генри): «…Из всех художников, которых я знавал, только бездарные были обаятельными людьми. Талантливые живут своим творчеством и поэтому сами по себе совсем неинтересны. Великий поэт…Ещё

Марина Гарбер ответила

· 5 ответов

Евгения Вежлян Уверена, это студентка. Но не моя:))

Сергей Ивкин Катя, как я по тебе соскучился. Давно-давно не трепались о всякой фигне(((

Екатерина Симонова мне категорически не нравится печальность твоего коммента. нас, сам знаешь, трагически сложно куда-то вытащить, но давай чо-та придумаем наконец.

Сергей Ивкин Екатерина Симонова , буду придумывать.

Екатерина Симонова Сергей Ивкин да вместе бум придумывать.